цена как главная мераДеньги могут сказать нам, сколько кто-то готов заплатить за ту или иную вещь. Они не могут сказать, насколько она ценна для человека и общества.
1. Проблема старой модели
Деньги были созданы, чтобы упростить обмен товарами и услугами. Благодаря им человеку не приходится менять мешок зерна на пару обуви или самостоятельно производить всё необходимое для жизни.
Тысячелетиями деньги были одним из самых полезных инструментов развития цивилизации. Проблема возникает, когда инструмент, призванный служить человеку, начинает решать, что мы считаем важным.
Современный мир всё чаще оценивает людей, организации и действия через призму денег. Ценность компании — по прибыли. Ценность труда — по оплате. Ценность товара — по цене. Успех человека — по состоянию счёта.
В результате многие решения перестают опираться на вопрос «полезно ли это человеку?» и начинают зависеть от вопроса «выгодно ли это?».
Если производство менее долговечной вещи выгоднее, чем долговечной, рынок часто выбирает менее долговечный вариант.
Если продать лекарство небольшой группе обеспеченных людей выгоднее, чем сделать его доступным всем нуждающимся, рынок выбирает более прибыльный вариант.
Если вырубить лес выгоднее, чем защищать экосистему, экономический расчёт очень часто указывает путь, противоположный долгосрочным интересам общества.
Деньги прекрасно измеряют обменную стоимость. Гораздо хуже они измеряют ценность здоровья, безопасности, общественных связей, качества жизни или состояния окружающей среды.
Возникает фундаментальный вопрос: означает ли высокая прибыль, что нечто автоматически обладает высокой ценностью для человека и общества?
Никогда прежде у нас не было такого объёма знаний, технологий и производственных возможностей. Мы умеем производить пищу для миллиардов людей, лечить болезни, ещё недавно считавшиеся неизлечимыми, и мгновенно связываться с другим концом света. И всё же доступ ко многому из необходимого человеку по-прежнему прежде всего зависит от толщины его кошелька.
Именно поэтому всё больше людей спрашивают уже не о том, как получить больше денег, а о том, остаются ли деньги хорошей мерой того, что действительно ценно.
2. Почему когда-то она имела смысл
Большую часть истории деньги были чрезвычайно полезным инструментом.
Они облегчали обмен товарами, позволяли сравнивать ценность продуктов и услуг и делали возможным сотрудничество между незнакомыми людьми.
В мире ограниченной связи, небольших местных сообществ и скромных организационных возможностей это был огромный шаг вперёд.
Деньги помогли перейти от простого обмена к более сложным экономическим структурам. Они позволили людям специализироваться на том, что у них получается лучше всего, а затем обмениваться результатами своего труда с другими.
Они ускорили торговлю, развитие ремёсел, инвестиции и создание более крупных общественных проектов.
На протяжении многих столетий деньги расширяли способность обществ организовывать производство, труд и обмен.
В этом смысле деньги выполнили свою историческую роль.
Они стали одним из инструментов, благодаря которым возникла современная цивилизация.
3. Почему сегодня её уже недостаточно
Деньги — очень эффективный инструмент обмена. Они позволяют определить, сколько кто-то готов заплатить за товар, услугу или ресурс. Проблема в том, что цена и ценность — не одно и то же.
Цена складывается на рынке под влиянием спроса и предложения. Она прежде всего отражает соотношение доступности благ и готовности людей заплатить определённую сумму. Но почти ничего не говорит о том, полезно ли нечто человеку, обществу или окружающей среде.
В результате система, основанная на деньгах, прежде всего вознаграждает способность приносить доход, а не реальную пользу. Необходимый и ценный труд может плохо оплачиваться, тогда как действия, почти не приносящие пользы обществу, способны давать огромную прибыль.
Чем большую роль играют деньги, тем чаще решения о здоровье, образовании, окружающей среде, безопасности или общественных связях оцениваются через призму экономической выгоды. В итоге инструмент, созданный для поддержки человека, постепенно превращается в критерий, определяющий, что мы считаем важным.
Есть и другая проблема: многие вещи, имеющие огромное значение для качества жизни, не обладают естественной рыночной ценой. Общественное доверие, чувство безопасности, семейные связи, здоровую окружающую среду или психологическое благополучие нельзя просто оценить в деньгах. И всё же именно они составляют основу любого общества.
Цена отвечает на вопрос: «сколько кто-то готов заплатить?». Реальная ценность отвечает на вопрос: «какую пользу это приносит человеку, обществу и будущим поколениям?». Ответы не всегда совпадают.
4. Примеры из мира
Одним из самых известных примеров расхождения между деньгами и реальной ценностью стала пандемия COVID-19. Во многих странах внезапно выяснилось, что работа общества прежде всего зависит от врачей, медсестёр, фельдшеров, сиделок, водителей, сотрудников складов и поставщиков продовольствия. Именно их труд оказался критически важен для здоровья и безопасности миллионов людей. При этом многие из этих профессий годами находились значительно ниже в иерархии оплаты, чем занятия, связанные с оборотом капитала или спекуляциями.
Показательно сравнение фельдшера и биржевого брокера. Фельдшер спасает жизнь, здоровье и безопасность людей. Без его труда трудно представить работу современного общества. И всё же его зарплата нередко во много раз ниже доходов тех, кто торгует финансовыми инструментами. Этот пример не говорит, что одна из профессий не нужна. Он показывает, что размер оплаты и реальная общественная ценность труда — не одно и то же.
Похожий механизм заметен в здравоохранении. Каждый год проводятся тысячи сборов средств на лечение детей и взрослых. Во многих случаях врачи, лекарства, медицинские технологии и знания, необходимые для спасения жизни, уже существуют. Проблема не в отсутствии решения, а в отсутствии денег, позволяющих им воспользоваться. Человек умирает не потому, что медицина не может помочь, а потому, что он не может оплатить помощь.
Это особенно наглядный пример того, как творение человека стало важнее своего создателя.
Столь же отчётливо это видно в экологии и производстве товаров. Продукты, выращенные с меньшим применением химических средств, обычно дороже пищи массового производства. Изделия, рассчитанные на многолетнее использование, часто стоят дороже одноразовых или быстро изнашивающихся. Парадокс в том, что более полезные для здоровья человека и окружающей среды решения бывают менее доступны именно из-за своей цены.
Современная экономика даёт немало примеров намеренного сокращения срока службы изделий. Бытовую электронику, домашнюю технику и некоторые цифровые устройства всё чаще проектируют так, чтобы через несколько лет их пришлось заменить новыми моделями. Для производителя это означает новые продажи и рост выручки. Для человека и окружающей среды — большее потребление сырья и энергии и растущий объём отходов.
Цена очень часто не отражает и реальное качество товара. На рынке встречаются изделия с похожей себестоимостью, цены которых различаются во много раз. Рыночную стоимость нередко определяют бренд, престиж, маркетинг или готовность покупателей заплатить конкретную сумму. Таким образом, цена прежде всего отражает спрос и предложение, а не долговечность, качество или полезность товара.
Этот механизм заметен и при проектировании инфраструктуры. Современные дороги, здания и другие объекты обычно проектируют не ради максимальной долговечности, а ради оптимизации затрат. Ищут компромисс между ожидаемым сроком службы и расходами, приемлемыми для инвестора. С экономической точки зрения это рационально. С точки зрения долгосрочной ценности для общества — уже нет.
Все эти примеры ведут к похожему выводу. Деньги очень эффективно помогают организовать обмен товарами и услугами, но не гарантируют, что решения, основанные на экономическом расчёте, одновременно окажутся лучшими для человека, общества и окружающей среды.
Все эти примеры ведут к одному выводу. Деньги хорошо измеряют покупательную способность и уровень спроса. Гораздо хуже они оценивают то, что действительно ценно для здоровья, качества жизни, общества и будущих поколений.
5. Что говорят наука и практика
Влияние на людей
Исследования показывают: деньги — нечто большее, чем средство обмена. Они могут влиять на то, как мы воспринимаем себя, других людей и общественные отношения.
Психологи Edward Deci и Richard Ryan показали, что устойчивое благополучие человека прежде всего опирается на автономию, отношения, компетентность и чувство смысла. Деньги могут побуждать к действию, но сами по себе не создают удовлетворения или счастья. [источник]
Исследование проекта MIDUS показало: люди, придававшие деньгам очень большое значение, получали более низкие оценки по многим показателям психологического благополучия. Чем важнее для них были деньги, тем ниже могло быть качество жизни. [источник]
Другие исследования указывают на нечто ещё более тревожное. Kathleen Vohs, Nicole Mead и Miranda Goode показали, что одно лишь напоминание о деньгах уменьшает склонность просить о помощи и помогать другим. Люди, которым перед этим напоминали о деньгах, чаще выбирали работу в одиночку и большую дистанцию от окружающих. [источник]
Исследования Agata Gąsiorowska показывают, что сосредоточенность на деньгах может усиливать эгоцентризм, чувство контроля и убеждённость в собственной способности влиять на события, одновременно ослабляя умение смотреть на ситуацию глазами другого человека. В этом смысле деньги могут действовать как сильная психологическая награда, направляющая внимание на себя и собственные цели. [источник]
Ещё дальше идут исследования Paul Piff и его коллег, опубликованные в PNAS. В серии экспериментов люди с большими ресурсами чаще проявляли склонность нарушать правила, обманывать, лгать, принимать неэтичное поведение и преследовать собственные интересы за счёт других. Авторы также отметили роль более благосклонного отношения к жадности. [источник]
Исследователи Университета SWPS отмечают: даже сам контакт с деньгами может активировать рыночное мышление, основанное на расчёте, личной выгоде и максимизации пользы для себя. Такой настрой способен ослаблять чувство общности и побуждать воспринимать человеческие отношения как сделки. [источник]
Исследования Jordi Quoidbach и его коллег показали, что большее богатство может быть связано с ослаблением способности получать удовольствие от простых повседневных впечатлений. Таким образом, деньги способны расширять возможности и одновременно снижать восприимчивость к небольшим, реальным источникам счастья. [источник]
Исследования материализма выявляют ещё более глубокую проблему. Жизнь, сосредоточенная вокруг денег, статуса и обладания, чаще связана с меньшей удовлетворённостью, большей тревогой, одиночеством и более низким благополучием. Метаанализы подтверждают: чем большее значение человек придаёт материализму, тем труднее обрести устойчивое чувство наполненности жизни. [источник] [источник]
Исследования неравенства показывают: система, основанная на накоплении денег, создаёт и общественные издержки. Метаанализ 26 исследований обнаружил связь между более высоким неравенством доходов и повышенным риском депрессии. Это означает, что деньги влияют не только на отдельного человека, но могут ухудшать психическое состояние целых обществ. [источник]
В своей самой мрачной форме логика прибыли становится топливом для действий, разрушающих человеческие жизни. Похищения ради выкупа, торговля наркотиками и людьми показывают: когда человек подчинён экономической выгоде, его могут воспринимать не как личность, а как источник прибыли. UNODC определяет торговлю людьми как эксплуатацию с применением силы, обмана или принуждения ради получения прибыли. [источник]
Поэтому можно спросить, действительно ли деньги — лишь нейтральный инструмент. Всё больше исследований и примеров показывают: становясь главным критерием успеха, они способны усиливать эгоизм, жадность, социальную дистанцию и транзакционное мышление, подчиняя отношения логике прибыли.
Влияние на мир вещей
Исследования жизненного цикла дорожных покрытий показывают, что более долговечные решения способны в долгосрочной перспективе сократить расход материалов, частоту ремонтов, стоимость обслуживания и воздействие на окружающую среду. Каждый ремонт требует нового асфальта, щебня, энергии, топлива и труда людей, занятых ремонтом и эксплуатацией инфраструктуры. Однако на практике часто выбирают варианты с меньшей начальной стоимостью, даже если за многие годы они требуют больше ремонтов и ресурсов. [исследование] [источник]
Похожий механизм действует при проектировании товаров. Во многих отраслях продать следующее изделие важнее, чем максимально продлить срок службы уже существующего. Это явление называют запланированным устареванием (planned obsolescence): товары проектируют так, чтобы через определённое время их пришлось заменить или сменить новой моделью. С точки зрения продаж это повышает выручку производителей. Для человека и окружающей среды это означает большее потребление ресурсов и энергии и увеличение количества отходов. [источник]
Ту же логику можно заметить в мире моды. Исследования «запланированного модного устаревания» (planned fashion obsolescence) показывают, что частая смена тенденций вызвана не только практическими потребностями людей. Мода становится механизмом, побуждающим раньше заменять одежду, хотя прежние вещи всё ещё выполняют свою функцию. Поэтому часть покупок продиктована не реальной потребностью, а необходимостью соответствовать текущим рыночным образцам. [исследование]
Этот механизм выходит далеко за пределы одежды. Похожие явления заметны в автомобилестроении, архитектуре, оформлении интерьеров и общественных пространств. Рынок стремится к стандартизации и выпуску ограниченного набора образцов, поскольку это снижает расходы и повышает прибыльность. Человек получает больший выбор между брендами, но не всегда между действительно различными решениями. В результате многие товары проектируют прежде всего ради экономической выгоды, а не максимальной долговечности, индивидуальных потребностей или долгосрочной общественной ценности. Вместо максимально точной адаптации к разнообразным потребностям людей рынок часто предлагает ограниченное число вариантов, которые дешевле всего производить и продавать массово.
Нам кажется, что без денег мир был бы более ограниченным, менее разнообразным и менее эффективным. Но многие ограничения, которые сегодня воспринимаются как естественные, возникают именно из-за подчинения проектирования логике затрат, продаж и рентабельности — логике денег.
Мы настолько к ним привыкли, что часто перестаём их замечать. Мы уже не спрашиваем, что было бы лучше для человека и мира, а спрашиваем, что достаточно хорошо, чтобы это можно было выгодно произвести и продать.
6. Суть перемен
Если бы проблема заключалась только в неравном распределении денег, достаточно было бы справедливее разделить их внутри существующей системы.
Если бы проблема заключалась только в нехватке денег, достаточно было бы увеличить их количество.
Но проблема глубже.
Деньги не только служат посредником при обмене. Они могут влиять на мышление, общественные отношения, мотивацию и моральные решения человека. Они способны усиливать сосредоточенность на себе, ослаблять эмпатию, повышать значение личного интереса и превращать человеческие отношения в сделки.
Если даже простой контакт с деньгами может включать мышление, основанное на подсчёте выгод и потерь, трудно ожидать исчезновения вызванных этим механизмом проблем, пока деньги остаются главным организующим началом всей общественной жизни.
Поэтому суть перемен не в улучшении денег.
И не в замене одной валюты другой.
Суть перемен — постепенно отказаться от денег как главного инструмента организации общественной жизни.
Конечное направление — общество, в котором деньги перестают быть необходимыми.
Это не означает отказа от технологий, производства, обмена, планирования или сотрудничества.
Это означает создание механизмов, позволяющих людям удовлетворять потребности без того, чтобы доступ ко всему зависел от наличия денег.
Если у самого ценного в жизни — здоровья, отношений, безопасности, знаний, доверия и чувства смысла — нет цены, которая действительно отражает его ценность, почему мы всё ещё позволяем инструменту, созданному исключительно для обмена, определять направление развития нашей цивилизации?
